Куда улетают драконы  - Мария Бородина

От боли и обиды захотелось завыть. Пытаясь удержаться, ущипнула себя за руку, и вой поверженного перешёл в крик триумфа. Отлетев к столу, схватила томаты, что оставила обидчица, прицелилась и запустила ей в лоб. Снаряд, конечно же, пролетел мимо цели, но зато угодил в кастрюлю с кипящим овощным варевом. Фонтанчик брызг вырвался из-под обода и ошпарил обидчице спину.

Девица заскулила, как лиса, что попала в капкан, а затем взбесилась ещё больше. Русые патлы выбрались из узла и придали ей свирепый вид. Глаза загорелись синим пламенем. Она закричала и с рыком бросилась на меня: ударила сначала коленом под дых, а потом, прижав меня клешнями к стене, скрутила в узел мои волосы. Огорошенная болью, я беспомощно вцепилась в её руки, чтобы высвободиться.

– Убью, тварь! Выщипаю твои перья и сожгу! – кричала девка.

– Арли, что происходит?! – заголосил Викс, забежав в кухню. Я воспользовалась тем, что противница отвлеклась и дернула её одежду: хлопковая ткань затрещала и обвисла тряпьем на бедрах.

Земляк ринулся вперед и оттянул бешеную в сторону, и я смогла сделать нормальный вдох и откашляться. Викс отгораживался локтем от ударов девушки, которая всё ещё пыталась меня достать. И кричал:

– Да что вы не поделили?! Тихо-тихо! Ну, вы даете! Обеим же выговор будет! Угомонитесь!

По лицу ползла горячая река из слёз и крови. Обидно стало до ужаса и страшно, чем все могло закончиться. Фиолетовые искры на кончиках пальцев едва получалось сдерживать. Ещё чуть-чуть… И… Ноги подкосились, и я присела на корточки, тяжело дыша.

И сразу незаметно потянулась к шпильке, что поблескивала за плитой. Сжала холодный металл в кулаке и снова почувствовала, что не одинока.

– Я не знаю, чего она ко мне прицепилась, – зыркнула из-под растрепанных волос на обидчицу. Та, схватив полотенцем кастрюлю, гордо удалялась с кухни. Между рваными лоскутами юбки проглядывало полное бедро. – С чего-то решила, что распутничаю я. Да если б даже и была я падшей, её ли это дело?! Её ли, Викс?!

Провела тыльной стороной ладони по щеке, собирая липкую влагу. На бледной коже отпечатался сочный кровавый развод.

– Ну, перестань! Не ввязывайся в эти пустые разговоры. Мало ли, кто что скажет, – он поднял меня за локоть и посмотрел в лицо. – Разукрасила она тебя. Настоящий боевой окрас! Погоди. Не двигайся, Арли: сейзу поймаю, – он прикрыл глаза, всё ещё удерживая меня за плечи, и зашептал заклинание. Тёплая волна дохнула в лицо и всколыхнула волосы. Раны защипало, да так сильно, что я заскрипела зубами.

– Всё. Теперь, как новенькая, – Викс улыбнулся и погладил меня по щеке ладонью, не боясь испачкаться. – Хотел тебе сказать, – он усмехнулся. – Ну, ты же друг, старый и надёжный. Могу я с тобой поделиться?

Я кивнула, глотая слезы, что подступили к горлу, и прижала к груди дорогую мне шпильку. Сказать ничего не получалось: я боялась, что просто разрыдаюсь. Стыдно же!

– Мне Нимеридис очень нравится, но я не хочу, чтобы ты думала, что ты мне не дорога, – Викс наклонился и потянулся к щеке. Прикоснулся теплым поцелуем, а затем обнял за плечи, обволакивая своим теплом. Крепко и по-дружески. – Ты же мне дороже сестры. Если будут трудности, Арли, даже не раздумывай: чтобы сразу ко мне шла, а не к незнакомцам с густой шевелюрой. Договорились?

– Не ревнуй, – я улыбнулась сквозь слёзы, старательно подбирая слова. – Я знаю его очень давно.

Поймала непонимающий взгляд товарища и пожала плечами со смущением. Ну, не врала же я, в конце концов! Моя душа знает об этом лучше, чем мой дневник.

– Просто так совпало, что мы здесь встретились, – продолжала я, положив голову Виксу на плечо. – Никогда за меня не бойся: я не распутница, кто бы что ни говорил. И я очень тобой дорожу, мой друг.

Я осторожно коснулась его щеки робким поцелуем.

– Извините, что помешал, – пробасил голос в стороне.

Тело пронзило, будто стрелой. Со мной всегда так: или ничего не происходит, или все шишки сыплются на голову одновременно. Почему именно сейчас он пришел? Почему именно тогда, когда я обнимала и целовала Викса?

Я вздёрнула голову и поймала грозный и сердитый взгляд Тэя. Он развернулся на каблуках и исчез в коридоре, не сказав больше ни слова.

– Тэй! – проговорила я мягко. Темнота коридора надкусила мой зов, размазав эхом по обшарпанным стенам. Стиснула шпильку в кулаке ещё крепче, словно это могло его вернуть. – Тэй!

Грудь ошпарило отчаяние. И это всё? Я больше его не увижу?

– Беги за ним, – подтолкнул Викс. – Уйдёт ведь.

Он подмигнул мне: лукаво и понимающе.

– Спасибо тебе, – прошептала я и улыбнулась. Запах старых стен постепенно вытеснял аромат засахаренной клюквы и свежего теста. – Ты самый лучший, Викс.

И по взгляду товарища я догадалась: он понял всё. Принял мой выбор и больше не ерепенился. Как и я приняла его.

Я выбежала в коридор секции. Мутные жёлтые лампы с азитами едва освещали пространство. Посмотрела в тупой конец – никого. Повернулась к выходу из секции…

Тэйлан шёл, сгорбившись, будто придавленный многотонной плитой. Он встряхнул головой и сжал кулаки, когда я случайно шаркнула туфлей по мрамору. Мужчина резко обернулся и выгнул брови, встретившись со мной взглядом.

– Пришла сказать, как рада меня видеть? – съязвил он, прищурившись. На скулах играли желваки.

Я застыла в двух шагах, чувствуя, как его гнев придавливает к полу. Льётся из глаз и обжигает, как кислота.

– Д-да, – я кивнула, надеясь, что его не оттолкнёт мой растрёпанный вид и грязное лицо. Его глаза метали молнии, и они пронзали меня насквозь. До боли и слёз. – Тэй…

Он отвернулся, тяжело выдохнув. А я понимала, что не могу найти нужные слова.

– Тэй, Викс просто залечил мои раны, – выставила как доказательство кисть руки с жирным кровяным разводом. И проговорила так тихо, что слышал только он. – Вы что, тиран? Неужели я лучшего друга не могу обнять?

Он бросил тяжёлый взгляд на мою руку, затем вгляделся в лицо. Шагнул ближе. Гнев в глазах сменился замешательством.

– Что случилось? – хрипло проговорил он, держась на расстоянии. Руки дёрнулись ко мне, но сжались в кулаки и опустились вдоль тела. – Не играй со мной, Лин. Я не в том возрасте, чтобы всем доверять без оглядки.

Чёрные локоны занавесили широкие скулы. Губы, о которых мечтала почти двое суток, превратились в тонкую полоску.

Я отвела глаза, словно была виновата. Слёзы подступили так близко, что в носу защекотало. Тэй, мой Тэй рассердился на меня. И теперь не верил моим словам. Это, кажется, куда больнее, чем побои той странной девахи.

– Я не играю, – прошептала я, шмыгнув носом. – Не верите – можете спросить у девушки из хвоста коридора. У такой русой, с широкими бёдрами. У той… что вино тащила.

Тэйлан шагнул ближе, и его тень накрыла меня, а в нос ударил свежий запах полевой травы. Он взял мою руку и провел по ладони пальцами, будто проверяя, что я не вру. Напряжение всё ещё сыпалось на меня, но уже не сбивало с ног. Тэй потянулся и схватил вторую руку. Развернул и увидел подаренную им шпильку. Поднял быстрый и горький взгляд.